Наверное, я один из очень немногих артистов на планете, которые вывешивают свои афиши уже после выступлений.



Полтора месяца назад у меня в голове родился этот образ - мужчина и женщина, лежа в постели, стреляют друг другу в голову и остаются живы, и это никогда не кончается. Мне это показалось весьма забавным. Живут, живут люди бок о бок, уничтожают друг друга и по-прежнему продолжают жить. И иногда называют это любовью или как-то похоже. (Ха-ха, такой я веселый и жизнерадостный человек.) Я решил посвятить этой теме следующее шоу (которое было 22 апреля). 

И хотя афиша в итоге получилась не такой, какой я представлял ее вначале, мне она все равно нравилась, и я разглядывал ее по полсотни раз за день, и под ее впечатлением продолжал сочинять свой материал. А потом вдруг я ощутил, что этот образ стал меня подавлять. То есть перестал меня провоцировать на создание материала для шоу и начал превращаться в само шоу. Я понял, что в своих, скажем так, шутках транслирую сам этот образ, а не его производные, не его отражения, искривленные моей фантазией. Комедия, к которой я привык, начала распадаться и превращаться в какую-то странную штуковину, хотя и терапевтического свойства. 

Возможно, вместо привычной для меня комедии появлялась другая, свежая и незнакомая, но к такого рода эксперименту я был не готов, и от афиши этой отказался. На душе сразу потеплело, воображение заиграло, меня понесло, и в итоге получилось то, что вы видели. Это было не очень похоже не бессмертие, но все равно неплохо, я работал честно и искренне.
 

Под катом можно найти неемульные ссылки на записи моих выступлений. Скачивается это совсем быстро.
Если сейчас меня спросят, на что похож мой стендап, я отвечу, что он похож на настроение, которое вызывает у меня вот это стихотворение Арсения Тарковского. Я вовсе не уверен, что этот ответ что-то объясняет, и тем более не уверен, что у кого-то мои выступления откликаются теми же ощущениями.  Вот и прекрасно. Будем разными.


Еще в ушах стоит и звон и гром,
У, как трезвонил вагоновожатый!

Туда ходил трамвай, и там была
Неспешная и мелкая река,
Вся в камыше и ряске.
Я и Валя
Сидим верхом на пушках у ворот
В Казенный сад, где двухсотлетний дуб,
Мороженщики, будка с лимонадом
И в синей раковине музыканты.
Июнь сияет над Казенным садом.
Труба бубнит, бьют в барабан, и флейта
Свистит, но слышно, как из-под подушки -
В полбарабана, в полтрубы, в полфлейты
И в четверть сна, в одну восьмую жизни.

Мы оба (в летних шляпах на резинке,
В сандалиях, в матросках с якорями)
Еще не знаем, кто из нас в живых
Останется, кого из нас убьют.
О судьбах наших нет еще и речи,
Нас дома ждет парное молоко,
И бабочки садятся нам на плечи,
И ласточки летают высоко.

 А уже когда нажал кнопку "отправить", понял, что еще и на это стихотворение Анны Логвиновой:

Еще темно, горит торшер,
По одеялу ходит кошка.
Мужчина смотрит на часы,
идет на кухню, там включает
плиту, потом минуты две
он ищет белую кастрюлю.
Горит плита, и пахнет рыбой
На темной предрассветной кухне.
Он кормит кошку, подпирает
газетой дверь, ложиться спать.
И к женщине с курносой грудью
без исключения ко всей
лицом пытается прижаться.
Ему семнадцать лет, и кошка
штурмует утреннюю дверь. 

А после того, как нажал "сохранить запись", понял, что оба стихотворения начинаются со слова "еще". Теперь я знаю, что следующее выступление должно будет затронуть тему подсознания.

Обновление (080425): ссылки я убрал. Мне показалось, что на этом видео уже не совсем я. Не хочется вводить в заблуждение ни других, ни себя.

Дорогие друзья, спасибо вам за поддержку и за добрый и веселый нрав. 
Сочувствую тем, кому не хватило места. Я и сам весь вечер провел на ногах.